Контекст: 26 апреля исполнилось 40 лет со дня аварии на Чернобыльской АЭС — крупнейшей техногенной катастрофы, последствия которой тяжелейшим образом затронули Беларусь. Радиоактивное загрязнение затронуло 53 района страны: цезием-137 была загрязнена почти четверть территории республики, стронцием-90 — около 10%, а изотопами плутония — примерно 2%. Последствия аварии сказались не только на экологии, но и на здоровье людей и экономике: «йодному удару» подверглось практически все население Беларуси, из загрязненных районов отселили 137,7 тыс. человек, а из сельскохозяйственного оборота вывели 265 тыс. гектаров земли.
«Радио-Минск»: цена восстановления
Обсуждая 40-летие аварии на Чернобыльской АЭС в эфире «Радио-Минск» 13 апреля 2026 года, эксперт БИСИ Алексей Авдонин заявил, что Беларусь сегодня едва ли не единственная страна в мире, которая знает, как развивать зараженные территории. Говоря об этом опыте, он назвал и цену, которую страна якобы заплатила за восстановление.
«Какие колоссальные ресурсы были затрачены нашим беларусским обществом на то, чтобы вникнуть в эту проблему, обеспечить восстановление, развитие нашей нации. По некоторым подсчетам, это более $200 млрд за этот период было не то, что... Нельзя говорить “растрачено”, а как раз “инвестировано”», — сказал Авдонин.
Такая оценка завышает объем государственных расходов примерно в десять раз. Еще в 2021 году представитель МЧС Беларуси сообщил, что с 1990 года на чернобыльские государственные программы потратили $19,2 млрд. Если добавить к этой сумме финансирование программы последней пятилетки, получится еще около миллиарда. В сумме выходит чуть более $20 млрд, но никак не $200 млрд.
Даже если смотреть сами чернобыльские программы за последние 30 лет, сумма прямого финансирования оказывается еще ниже. По этим расчетам можно насчитать лишь около $9 млрд. Вероятно, значительная часть расходов из упомянутых более чем $20 млрд пришлась на первое десятилетие после аварии, когда последствия катастрофы были наиболее острыми.
Число в $200 млрд связано с другим показателем. Именно в таком порядке оценивается ущерб, нанесенный Беларуси чернобыльской катастрофой за 30-летний период преодоления ее последствий. Иными словами, в эфире перепутали две принципиально разные величины: государственные расходы на ликвидацию последствий и восстановление и общий социально-экономический ущерб.
Первый национальный канал Беларусского радио: угроза из Польши
Тему атомной энергетики в тот же день продолжили и на Первом национальном канале Беларусского радио. В эфире заведующая кафедрой менеджмента, технологий бизнеса и устойчивого развития БГТУ Ирина Новикова заявила, что Польша зря отказалась от услуг российской госкорпорации «Росатом», а строить ее первую атомную электростанцию будет компания без соответствующего опыта.
«Поляки решили на северо-западе Польши построить атомную станцию, как бы они ни выступали против нашей станции. Но что получилось: они, в пику России, решили заключить контракт с Westinghouse Electric. Что такое Westinghouse Electric? Это фирма американская, но она не имеет опыта строительства, осуществления таких крупных проектов — строительства атомных станций. Более того, эта фирма терпела два или три раза банкротство, и с 2016 года они провозгласили, что будут заниматься строительством», — заявила она.
Westinghouse Electric — один из крупнейших технологических игроков мировой атомной отрасли. Половина ядерных реакторов в мире работает на ее технологиях. Свой первый коммерческий ядерный реактор компания поставила еще в 1957 году.
Показательно и то, что еще в 2008 году сама Беларусь приглашала Westinghouse поучаствовать в тендере на строительство БелАЭС. То есть назвать компанию случайным участником без отраслевого опыта нельзя даже в логике прежних беларусских решений.
Westinghouse действительно проходила процедуру банкротства, но только один раз — в 2017 году. Это произошло после того, как компания приобрела строительный бизнес и попыталась самостоятельно строить АЭС. После банкротства она отказалась от этой модели и сосредоточилась только на ядерных технологиях. Именно поэтому в польском проекте Westinghouse работает не одна, а в связке со строительной компанией Bechtel. У нее, в свою очередь, есть большой опыт участия в атомных проектах — около 150 электростанций по всему миру.
Кроме того, реакторы, которые планируется строить в Польше, уже не являются теорией или экспериментом: они работают в Китае и США.
Таким образом, в одном эфире госСМИ завысили в десять раз расходы Беларуси на преодоление последствий Чернобыльской катастрофы, перепутав их с общей оценкой ущерба. В другом — представили компанию Westinghouse как случайного и неопытного подрядчика, хотя она давно входит в число мировых лидеров атомной отрасли.